Аль Пачино

Статьи

18 июня 2006 г.
17 июня 2006 г.
«Представление с музыкой» на сцене Лос-Анджелеса

«Представление с музыкой» на сцене Лос-Анджелеса

17 июня 2006 г.
История старая как мир. Впрочем, и постановка, с которой труппа только что приехала в Лос-Анджелес, тоже имеет свою историю.

Впервые Аль Пачино сыграл в этой пьесе в 1992 году. Более современная версия спектакля была задумана лет пять назад в Актерской студии режиссером спектакля Эстель Парсонс как довольно аскетичная по своим декорациям и костюмам читка пьесы Оскара Уайлда со сцен нескольких нью-йоркских театров. В апреле 2003-го, после успешных представлений на других площадках, состоялась громкая премьера постановки в театре Эттель Бэрримор на Бродвее. В той версии спектакля партнершей Аль Пачино была известная театральная и киноактриса Мариса Томей.

Тогдашняя «Саломея. Читка», в отличие от нынешнего «Представления с музыкой» озадачила театральных обозревателей экспериментальностью режиссерского и актерского решений. Влиятельная не только в политических, но и театральных кругах «Нью-Йорк Таймс», мягко говоря, недоумевала по поводу чрезмерной инновационности проекта, представленного на сцене, где почти все — от интонаций и перемещений исполнителей в пространстве, декораций и спецэффектов до занавеса и даже иногда заметной в лучах мощных прожекторов пыли — может оставаться традиционно неизменным целые десятилетия.

В общем, публика и критики были удивлены и недоуменно заинтересованы (хотя на аншлаги это никоим образом не повлияло), а создатели спектакля стали вынашивать новые, еще более неожиданные творческие планы. Во-первых, решено было освоить другую сцену и даже другой город. Спектакль покинул коммерчески выгодный и предсказуемый почти во всех отношениях Бродвей, и «Саломея» переехала в Лос-Анджелес. Во-вторых, текст пьесы Оскара Уайлда для его большей доходчивости и наиболее верного восприятия решили еще более «усилить» оригинальной музыкой японского композитора, мультиинструменталиста и аранжировщика Юкио Цудзи. Симбиоз авангардного азиатско-американского джаза, исполняемого на инструментах, названия которых и запомнить-то трудно, и по-хорошему консервативной, неизменно добросовестной актерской и чтецкой работы отца-создателя Майкла Корлеоне и его партнеров по сцене, похоже, дает свои плоды. Довольно недешевые из самых дешевых, 60—90-долларовые, билеты на предварительные показы уже распроданы. Главная порция показов начинается в первых числах мая и заканчивается строго 14-го числа последним, двадцать шестым, представлением спектакля.

В своих редких интервью по поводу этой во всех отношениях незаконченной работы Аль Пачино продолжает настаивать на том, что для него самым главным в проекте является попытка донести язык автора «Саломеи» до публики почти исключительно средствами сценического чтения: «Только такой подход обеспечит зрителю настоящую свободу воображения и возможность максимального включения в то, что он видит перед собой».

Будущий актер заболел театром еще в 14 лет, когда побывал на постановке чеховской «Чайки» в небольшом театре Южного Бронкса и под впечатлением увиденного принял решение пойти в Школу Исполнительских Искусств. Несколькими годами позже, скопив денег, он поступает в профессиональную актерскую студию, а затем, проработав в разных театрах, — в известную театральную школу Ли Страсберга, верного приверженца системы Станиславского.

Успехи актера на театральном поприще были отмечены специальной наградой лучшему актеру сезона 1967–1968 годов — «Оби» (Obies), учрежденной полвека назад для поощрения начинаний в области театрального дела на Офф-Бродвее, своеобразной тестовой площадке и коммерческом «предбаннике» бродвейской сцены. Здесь он был замечен в «Карьере Артуро Уи, которой могло не быть», по Бертольту Брехту, где зрителю был представлен его очень авторский и гротескный персонаж —прототип только что оперившегося Адольфа Гитлера, а также в пьесе «Индеец хочет Бронкс» — премии «Оби» и Theatre World, соответственно. На разных подмостках самого Бродвея Пачино сыграл в спектаклях «Ричард III», который впоследствии был воплощен им в кино, и «Носит ли тигр галстук?» (Does a Tiger Wear a Necktie?). За эту свою дебютную работу на главной американской театральной сцене он получил самую престижную премию «Тони» (Tony Award), вручаемую за непревзойденное мастерство в области театрального искусства. И было это за целых три года до выхода на мировые экраны его «Крестного отца»...